Шестое чувство

Этот мальбек — как давний друг, который долго странствовал по миру и заглянул к вам как раз когда вы собрались жарить стейк. Пришёл не с пустыми руками: в карманах старой кожанки принёс слив для бодрости, ежевики для сочности, а ещё специй и пряностей, чтобы было интереснее. Его взгляды на жизнь просты и понятны: вино нужно затем, чтобы собирать друзей, вкусно есть и вести долгие разговор обо всём на свете.

Выйти после заката в сад под бархатным южным небом, прокрасться между сливовыми деревьями, раздвигая руками отяжелевшие от сочных иссиня-чёрных плодов ветви, спугнуть ночную птицу в кустах ирги, и на деревянной скамейке под старой черёмухой найти кем-то забытый кисет с душистым табаком.

Истинная сила этого вина раскрывается не сразу. Сливы и ежевика — только первый уровень, как фотография в паспорте. Дайте вину пообвыкнуться, перевести дух, и оно покажет вам свою глубинную и чертовски привлекательную сторону: спелую вишню в ликёре и шелковицу в тёмном шоколаде, а бархатные танины потребуют горячего. Не спорьте с ними.

Эти ягоды так хорошо воспитаны, что когда они появляются, хочется привстать и снять шляпу. Ежевика и вишня, шелковица и гранат (вы, кстати, знали, что гранат — тоже ягода?) здесь учтивые, сдержанные, без малейшего намёка на сладость, с аккуратными танинами — ровно столько, чтобы хватило на стейк — и без навязчивой кислинки. Некоторым даже кажется, будто это вино говорит по-французски.

Встретились со старым другом у него в деревне, он притащил ящик поздних слив и горшочек варенья, а вы привезли в походном холодильнике чернослив в шоколаде и банку ванильной колы. Разложили всю эту вкуснятину по шершавому деревянному столу под старой черешней — и давай смотреть на звёздопад.